19 февраля 2020



«И один в поле воин». История одного увольнения

№6 (585) от 19 февраля 2020 г.

6 февраля в Орловской областной библиотеке им. Бунина открылась выставка  чеканки по стали «И один в поле воин», где представлены творческие работы преподавателя отделения ДПИ Орловского художественного училища Глеба Козлова и выпускницы отделения Виолетты Садертдиновой. Центральное место в экспозиции занимает  триптих, посвященный подвигу нашего земляка артиллериста Николая Сиротинина, в одиночку уничтожившего больше десяти вражеских танков под городом Кричевом в 1941 году.  Долгожданная выставка Глеба Козлова стала настоящим культурным событием в городе Орле. Как справедливо заметил известный орловский дизайнер и коллега мастера Виктор Панков:  «Вряд ли вы ещё где-то увидите чеканку… по стали». Работы Глеба Козлова  действительно уникальны.

Как выяснилось, увидеть  пластические композиции, выполненные на основе самого неподатливого металла, мы еще сможем, а вот возможности научиться этому мастерству студентов Орловского художественного училища уже лишили. 3 февраля, когда выставка готовилась к открытию, Глеба Козлова из училища уволили.

«У её подруги был друг, а у друга куча подруг»

Истории  увольнения специалистов, которые не имеют ни малейшего желания увольняться, к сожалению, в большинстве случаев похожи. Как похожи и методы тех, кого эти специалисты не устраивают. Это жалобы, доносы, «развитая шпионская сеть» и несправедливые обвинения. Как правило, за всем этим стоит намерение руководства либо его ближнего круга избавиться от человека, чтобы в последующем передать его должность либо «часы» кому-то более лояльному и полезному.

Разобраться в том, что  произошло с теперь уже бывшим преподавателем и мастером производственного обучения на отделении ДПИ «Художественный металл» Орловского художественного училища Глебом Козловым, мы можем исходя из  событий, предшествовавших его увольнению.

В конце прошлого учебного года директор училища вручил Глебу Козлову две жалобы от завуча и «её подруги» — преподавателя отделения текстиля. Одна из женщин пожаловалась на оскорбления со стороны Козлова, другая – на то, что он якобы  не пускает в мастерские  выпускников, и те,  в свою очередь, лишены возможности «готовиться к диплому». Козлов эти претензии опроверг и пояснил, кто конкретно из студентов и в какое время приходил в мастерские, какие работы выполнял, в чем он им помогал. Рассказал  и о том, что  одна из жалобщиц лично приходила  в мастерские в эти дни вместе со студентами, где он проводил для них инструктаж по технике безопасности.

– Они расписались у меня в журнале, так каким же образом я никого не впускал? – недоумевает Глеб Владимирович.

Однако доводы преподавателя никто не услышал, и к «проблеме» в виде самого Козлова решили подойти с другой стороны. Жалобы зачитали  на совете преподавателей в сентябре.

– Как я понял, эти заявления уже обрели другой смысл. Уже нашлись какие-то свидетели… Я сказал, что все это ложь. Решили голосовать, с тем, чтобы выбрать мне наказание. Мне записали замечание, – рассказал Козлов.

«Здесь что, гнездо Соловья-разбойника?»

Здесь стоит отметить одну немаловажную деталь: перед началом нового учебного года преподаватель Козлов, якобы не пускавший ранее студентов в свои мастерские, неожиданно впустил туда… пожарных.

– Когда началась проверка училища: «пожарка», санэпидстанция, я понял, что мастерские для проверяющих могут снова, как ив предыдущие годы, оказаться закрытыми: «да  кто-то ключи взял, а мы не можем найти,  там все нормально…». Поэтому 14 августа, когда я встретил пожарного,  предложил ему пройти в мастерские. У нас в одной из комнат, где живопись и рисунок ведутся, коробка оконная есть, а самой рамы  нет. Стекла вставлены и пластилином замазаны. На протяжении девяти лет я директору это показывал. Зато шесть лет назад там сделали распашную решетку как запасной выход. Как мы можем её открыть? Никак.

– Во вспомогательных сараях, где мы храним материалы,  инструменты и оборудование, крыша обвалилась от снега, – вспоминает Козлов. – Я говорил, что нужно срочно ремонтировать. Ремонт не произведен до сих пор.  Часть деревянного материала я оттуда перенёс в мастерские на время. Директор привел комиссию в мастерские и говорит: «Здесь бардак, все захламлено». Я сказал: «Там же портится всё, сделайте крышу». Мне объявили выговор. Я пожаловался в профсоюз работников культуры. Просил разобраться. Сначала мне не отвечали, а когда я сам пришел туда, мне, улыбаясь, сказали, что когда-нибудь ответят. Написал им повторно. Мне ответили, что я отказался, чтобы  мне письменно отвечали. Что за глупейшие отписки?

– Меня возмутила также выставка рисунков Соловья-разбойника – провели конкурс среди студентов. Соловей-разбойник – это лицо нашей области? Это главный персонаж, с которого надо брать пример?  Потом было мероприятие на Ленинской, предлагали прохожим нарисовать этого персонажа на мольберте. И это инициатива художественного училища! Здесь что, гнездо Соловья-Разбойника? – возмутился Глеб Козлов.

 

«Мне говорили – не показывай работы, а я показывал»

Полагаем,  навредила Глебу Козлову и его излишняя активность  в плане продвижения «художественного металла».

– Вот уже пять лет наше отделение художественного металла никто не показывает. Даже на баннере возле училища его нет! – рассказывает преподаватель. – Не представлено отделение, не представлены работы студентов. Мы решили сами представлять творчество своих ребят, они начали на Дельфийских играх получать призовые места, на конкурсах Курнакова,  всероссийские конкурсы выигрывать. Нас стали узнавать, о нас стали рассказывать СМИ. И это очень-очень не понравилось руководству училища. Мне задавали вопросы: зачем ты показываешь ребят, зачем ты себя представляешь? Людям не понятно, что кто-то не хочет сидеть на месте, а хочет расти, развиваться. Я начал разрабатывать технологии. Согласно своим должностным обязанностям я должен новое что-то предлагать и внедрять в учебный процесс. Мир меняется, мы меняемся, студенты меняются.  Разработал технологию художественной гравировки по стали. Если бы у нас были латунь, медь, алюминий, мы бы этим занимались, но у нас не обеспечиваются мастерские ничем! Ни материалами, ни оборудованием.  Единственное, что мне удалось, это купить печку для обжига. Таких печей должно быть три: сушильный шкаф, прокалочная печь и печь для расплава металла.  Я  из Москвы привез свои печи, передал их  училищу в 2011 году. Когда я пришел, не было  ведь ничего, даже плоскогубцев. Девять лет я использовал свои механизмы, свой инструмент, покупал материалы на свою скудную зарплату, даже приносил свою сталь. Мы стали экспериментировать. Я могу теперь работать на больших площадях, этот процесс уже унифицированный и доведен до совершенства. Специалисты удивляются: а что, так можно было? Да, это безопасный процесс. Здесь нет кислоты.  Здесь обычная соль поваренная. Два пакета на ведро. У меня 200-литровая бочка, я загрузил, и  все материалы под рукой.  Я запустил это в учебный процесс, появились шикарные работы. Выставочные. У нас теперь есть не только живопись, дизайн, а уже появилась такая изюминка, как художественный металл. Эти работы стали попадать на выставки, люди благодарили за то, что такие работы в художественном училище делают. Ведь что такое сталь? Это очень сложно, но до тех пор, пока не приноровишься к ней. Ты учишься договариваться с металлом, и он подчиняется твоим рукам,  и ты делаешь то, что надо, а не то, что получится. Последние четыре года студенты работают со сталью.  Выставки организуем.  В Бунинке сейчас выставка проходит  «И один в поле воин». Где-то года три назад я приступил к работе над триптихом Николая Сиротинина. Начал искать его портрет, но фотографий не осталось. И вот однажды ночью, представляете,  он мне приснился… Славянские черты, мужественное лицо. Ему ведь было всего девятнадцать, когда он погиб…  Я уходил в армию в девятнадцать… Дата его рождения – 7 февраля 1922 года. Ему исполнилось бы 99 лет. Так совпало с датой выставки – 6 февраля.

– Мне говорили – не показывай работы, а я показывал. Мы же творческие люди, мы работаем не только для себя. У завуча были планы «текстиль» развивать, где её подруга работает, а тут получается, о нашем отделении заговорили. Развивайте «текстиль» – но почему одно должно мешать другому? Нужно  уничтожить «металл», чтобы «текстиль» развивать? На «текстиль» пока не особо идут студенты. С «тканей» ушла девочка, одна осталась, в основном остаются одни «металлисты».

 

«Дальше терпеть меня нельзя»

– С этого года началось издевательство над группой, – продолжил Козлов. – Второго сентября ребята пришли на первое занятие в мастерские,  прибегает «классная» и забирает ребят в подвалы на «текстиль». Мне педнагрузку не дают. Проходят две недели – всё еще нет у меня «часов». Получается, я остаюсь только как мастер производственного обучения, который, кстати,  обязан заниматься выставочной деятельностью, развивать детей, проводить практические занятия и выставлять оценки в журнал. Журнала нет. Я обращаюсь к начальнику областного управления культуры  Георгиевой Наталье Петровне: «А где ребята, почему их держат в подвале  на тканях, почему их на металл не пускают? Отвечает: «Я разберусь». Никто ни в чем не разобрался.

– 17 сентября меня вызывает кадровик и предлагает подписать дополнительное соглашение на преподавание. Мы каждый год что-то подписываем, поэтому я эту бумагу  подписал. А когда пришел в мастерскую и разобрался… В общем, выяснилось, что  меня лишили  педнагрузки. Меня должны были уведомить об этом за два месяца, согласно ТК. В допсоглашении не указан год… То есть фактически этот документ недействителен. Какая-то путаница с приказом Минобра, на который ссылаются… Я обратился в прокуратуру, попросил разобраться. Более того, мои ребята проходят в журнале по технологии текстиля, записи о занятиях по металлу в журнале отсутствуют. Художественная обработка ткани и металла – это как бы единая группа?  Это уже нарушение. До 16 октября нет преподавателя по металлу, а я без нагрузки. Детей набрали на бюджет и не обеспечивают им услугу. Затем взяли студента с худграфа, который учится на живописи. Я посмотрел в журнале: предмета нет, этого преподавателя нет.  За мной же стали присматривать, приглядывать… Дошло до того, что  решали, могу ли я договариваться о выставке в библиотеке Бунина.  От меня стали требовать  ежедневный план работы, и я стал уведомлять руководство о том, что  не организовывается учебный процесс: не обеспечивается материально, нет календарно-тематического плана. Они видят и мою работу, и свои упущения. Это ведь справедливо?

Чашу терпения руководства училища переполнило еще одно обстоятельство: Глеб Козлов зафиксировал на камеру работу авторемонтной мастерской, которая, по его мнению, незаконно функционирует на территории училища.

– У нас в  училище есть только одна «Газель», и есть целая авторемонтная мастерская, куда приезжают чужие машины, – рассказывает Козлов. –  За гараж кто-то платит: за свет, тепло,  всего у нас три гаража 160 квадратных метров, купили подъемник, сварочное оборудование, «мойку», канализации нет, все сливается под окна мастерских. Затраты на содержание гаража в месяц – по меньшей мере 30 тысяч рублей. Организован  автосервис на территории образовательного учреждения. Кто это все оплачивает? Училище? У нас ведь деньги из бюджета. В общем, руководство поняло, что дальше терпеть меня нельзя.  Вечером 3 февраля меня попросили зайти и вручили приказ об  увольнении по причине невыполнения  трудовых обязанностей.

Глеб Козлов уверен, что его уволили незаконно. Он  намерен защищать свои трудовые права и право студентов заниматься художественным металлом. «ОС» будет следить за развитием событий.

Ольга Рождествина

 

Опубликовано 19 Фев 2020 в 13:59. В рубриках: Персона. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Отзывы и пинг пока закрыты. Количество просмотров: 700

Комментарии закрыты.

Новости

ПОДПИШИСЬ ЗА ОТСТАВКУ МУЗАЛЕВСКОГО!



19 СЕНТЯБРЯ ГОЛОСУЕМ ПО СОВЕСТИ!



Уголовная ответственность за фальсификацию выборов.



Сегодня депутаты Справедливой команды посетили строительный объект Красный мост. Работы не ведутся, строительная техника исчезла в неизвестном направлении… Депутаты Справедливой команды держат ситуацию на контроле.



ЧТО НАШЛА СПРАВЕДЛИВАЯ КОМАНДА?



СРОКИ РЕКОНСТРУКЦИИ КРАСНОГО МОСТА, СКОРЕЕ ВСЕГО, БУДУТ УВЕЛИЧЕНЫ.



Вечерний гость - Виталий Рыбаков.



Небезопасные - Безопасные дороги в Орловском районе.



Свежий номер

Реклама

При цитировании материалов
прямая гиперссылка
на orelsreda.ru обязательна
Главный редактор: Татьяна Филёва
Свидетельство о регистрации СМИ ПИ № ФС 57-0992 Р
Реклама на orelsreda.ru и печатной версии "Орловская среда"
Для пресс-служб и размещения рекламы: : orelsreda@list.ru
тел.: (4862) 76-20-60
адрес: г. Орёл, ул. Салтыкова-Щедрина, д. 25/27, пом.1
Наш индекс: 302028
© 2013-2020 ООО "Агентство "Орловская среда"