30 октября 2019



Линия защиты

№37 (574) от 30 октября 2019 г.

На прошлой неделе орловских журналистов пригласили на брифинг в областную администрацию, что в последнее время происходит достаточно редко. Повод был серьезный: целая команда чиновников собралась, чтобы прояснить жуткую ситуацию, недавно получившую огласку в орловских и федеральных СМИ. Речь идет о девочке-инвалиде, в начале октября попавшей в детскую областную больницу. Ребенок, которого вместе с двумя другими малолетними детьми сотрудники полиции изъяли у нетрезвой матери, находившейся в алкоголическом притоне в одной из деревень Дмитровского района, находился в истощенном состоянии. Девочка выла, бросалась на еду, пряталась от людей.  Появились также подозрения, что ребенок мог подвергаться сексуальному насилию.

После того, как историю предали огласке журналисты портала «Орелтаймс», а вслед за ними и их коллеги из других изданий, орловские чиновники, а именно уполномоченный по правам ребенка Владимир Поляков и начальник департамента соцзащиты Ирина Гаврилина поспешили выступить с комментариями, суть которых сводилась к тому, что семья, в которой воспитывалась девочка-маугли, на самом деле была благополучной, но после смерти отца попала в непростую жизненную ситуацию, а чиновники помогали матери восьмерых детей, как могли. Репортажи журналистов, побывавших в деревне Лука Журавинка Орловского района, где проживала многодетная семья, говорили об обратном. Поэтому чиновники и решили расставить точки над i. Во всяком случае именно так обозначил цель брифинга руководитель губернаторской пресс-службы, в прошлом радио- и телеведущий, а в еще более отдаленном прошлом игрок в КВН Вадим Багринцев, сообщивший журналистам следующее:

— Нас интересует реальная история. Здесь собрались люди, которые изучили эту историю изнутри, они нам расскажут о девочке, о семье…

Однако вместо реальной истории журналистам попытались представить хорошо отработанную линию защиты. Нет, не детей, оказавшихся в явно неблагополучной ситуации, а чиновников, которые, защищая друг друга, повторяли уже ранее озвученные комментарии и призывали журналистов к корректности и острожности.

Людьми, «изучившими историю изнутри», выступили все те же господин Поляков и госпожа Гаврилина, к которым присоединились руководитель департамента здравоохранения Иван Залогин, главврач НКМЦ им. З. И. Круглой Людмила Крылова, полковник полиции Александр Жуков, замглавы администрации района по социальным вопросам Ольга Савенкова, замдиректора Некрасовской школы-интерната Андрей Касьянов.

А рассказали они вот что.

Людмила Крылова – о состоянии здоровья девочки-инвалида:

— На сегодняшний день состояние девочки стабильное, без отрицательной динамики. Угрозы жизни и здоровью пациентки нет.

Андрей Касьянов, замдиректора Некрасовской школы-интерната, где в настоящее время находятся пять детей из восьми (мама подписала соглашение о временном нахождении пятерых детей в Некрасовской школе-интернате, это произошло еще в августе и в начале октября. – Прим. ред.):

— Дети поступили опрятные, чистые, не сказать, что истощенные, без признаков физического и психического насилия. Вопросов, что семья неблагополучная, у нас не возникало. Мама постоянно навещает детей. На Первое сентября она привезла детей и приехала сама с букетами цветов. То есть она произвела на нас благополучное впечатление.

Уполномоченный по правам ребенка в Орловской области Владимир Поляков – о многодетной семье:

— Он (отец семейства. – прим. ред.) был старше практически вполовину своей жены, восемь детей, огромное хозяйство – восемь коров, овцы, козы, свиньи… Я задавал матери вопросы, как они справлялись, все-таки восемь детей – старшему 16, младшему – три.

Цитировать длинную проникновенную речь Полякова о старших детях и о маленьких, об их внешности и характерах, мы не будем, поскольку эта речь, как и выступления других чиновников не дала ответов на вопросы журналистов и никак не объясняла, что же произошло на самом деле. Информацию из омбудсмена, как и из остальных участников брифинга, журналистам пришлось буквально вытягивать.

— Матери тяжело, — несколько раз повторил Поляков. – Кое-что просто нельзя говорить, потому что эта информация находится в рамках следствия. Но я вам заявляю: ничего не угрожает ни их здоровью, ни жизни.

Прочие тоже упорно твердили: семья благополучная, с детьми все в порядке. Вот как это звучало дословно.

— Что с ребенком не так? Ребенок не социализированный?

Людмила Крылова:

— Это ребенок с тяжелой врожденной патологией. Это врожденная генетическая патология, с которой ребенок родился.

Иван Залогин:

— Состояние ребенка не связано с тем, что каким-то образом ее так воспитывали, что она, как в средствах массовой информации было утверждение, что ребенок – маугли. Связано с тем, что ребенок родился, к сожалению, с такой патологией. Ребенка наблюдали, ребенок с 2012 года неоднократно лечился в том числе в федеральных НИИ, занимались этим ребенком и мама, и папа, и в последний раз была установлена до 18 лет группа инвалидности.

— Семьи, где есть восемь детей и имеют свое хозяйство – это колоссальный труд, и здесь нужно тоже крайне аккуратно комментировать и освещать, наверно, тоже ситуацию…

Ольга Савенкова:

— Данная семья попала в поле зрения системы профилактики Орловского района с марта 2019 года в связи с тяжелым заболеванием главы семьи. Семья находилась в сопровождении служб системы профилактики. Определялись все возможные пути помощи данной семье. Ввиду того что женщине невозможно одной заниматься огромным хозяйством, воспитывать восемь детей и закончить строительство начатое, поэтому были рассмотрены все вопросы по подбору жилья, которое было бы комфортным для детей, которое могла бы семья содержать. Эти вопросы все находились на контроле и решались поэтапно. Прежде всего сразу предложили поместить девочку, страдающую заболеванием, в интернатное учреждение. Мать отказалась, так как считала, что это ее обязанность – воспитывать и содержать своих детей. Это сельская семья и сельский уклад жизни, и потерять главу семьи и перейти на новый образ жизни – это сложно. Поэтому дети были помещены в интернатное учреждение, чтобы адаптироваться и продолжить свое обучение. В дальнейшем матери также предлагалась помощь: чтобы она имела возможность отстроить новое жилье, поместить детей в кризисный центр. Ну а вопрос, почему она оказалась в Дмитровске, это уже отдельная история, сейчас этим вопросом занимаются компетентные следственные органы. Они дадут правовую оценку.

Ирина Гаврилина:

— Эта семья не являлась семьей, злоупотребляющей спиртными напитками… Сейчас подвергаются сомнению наши слова о том, что это была нормальная семья. Она с 2008 года получала все виды пособий, и все понимали, что какого-то экстренного вмешательства – не было причин для этого. Далее говорилось о том, что снимали жилой дом (речь идет о видео, сделанных журналистами некоторых изданий. – Прим. ред.), и что там были разбросаны вещи. Вы представьте, восемь детей… У нас зачастую один ребенок дома живет – он прошел и все бросил. То есть это абсолютно нормальная житейская ситуация… Вы поймите, мы не идеализируем ситуацию, мы хотим ее максимально объективно отразить. То, что это подвергается сомнению, это как бы другой вопрос. Но реально, действительно, для такого количества детей – это очень благополучная, нормальная ситуация. Все было в достатке, все было как положено.

Журналист Екатерина Глазкова:

— В этой истории много эмоций и очень мало фактов. И отсутствие фактов рождает те самые сомнения, о которых говорят не только СМИ, но и граждане.

— Что делала эта мама в Дмитровском районе, что с домом этой семьи? Почему она искала новое жилье? Почему им сняли квартиру?

Владимир Поляков:

— В августе опека начала задавать вопросы маме, а что будет 1 сентября? (раньше детей возил в школу отец. – прим. ред.). У нее было нереализованное хозяйство… Ее надо было оттуда вывезти.

Добиться ответа на вопрос, почему маму с детьми надо было куда-то вывезти, удалось далеко не сразу. Честно говоря, в какой-то момент журналисты даже потеряли терпение и эмоционально потребовали от чиновников четко отвечать на конкретные вопросы – иначе словоблудие продолжалось бы неизвестно сколько. Вот как это выглядело.

Татьяна Филева, «Орловская среда» (далее ОС):

— Почему семью понадобилось переводить из их дома в Орловском районе куда-то еще, если старшие дети, которых надо было возить в школу, к тому времени уже находились в интернате?

Поляков:

— Потому что впереди была зима.

ОС:

— Там что, дом не приспособленный к зиме был?

Савенкова:

— Дом приспособленный к зиме. Но в момент началось строительство дома…

ОС:

— То есть он был не достроен?

Савенкова:

— Дом… Есть часть дома, которая была маленькая. К этому дому началось строительство, пристройка. Поймите, кто видел строительство дома, тот понимает, что такое недострой.

ОС:

— Ну вы просто скажите, что там был недострой.

Савенкова:

— Был недострой, на данном этапе. Печное отопление и моментами они пользовались электрическим отоплением. Чтобы избежать каких-либо последствий в зимний период, предложили подобрать жилье.

Екатерина Глазкова:

— Зачем она в Дмитровск поехала?

Поляков:

— Соцзащита Орловского района специально занималась. Ее возили по некоторым адресам в Орле, причем очень сложно решался вопрос: восемь маленьких детей, она одна и плюс еще ребенок-инвалид. В конце концов на Веселой слободе нашли трехкомнатную благоустроенную квартиру… Она приехала в эту квартиру, начали жить…

Журналисты:

— В Дмитровск зачем?

Поляков:

— А дальше… она оттуда съехала… Она в Железнодорожном районе сама сняла квартиру, там какой-то день-два прожила, а дальше начинается детектив. С ее слов, там появилась какая-то женщина, которая помогла ей нести продукты, детей, в магазине, которая сказала ей, что у нее есть родственники в Дмитровском районе, что там есть нормальный дом, что они дорого не возьмут. Они вызвали такси, собрались все, всем миром поехали. А уже дальше случилось то, что случилось.

ОС:

— Вы говорите, что мама занималась детьми, что это благополучная семья, как вы считаете: если ребенок в благополучной семье заболевает, его в больницу отправляет кто? Наверно, мама с папой. В данном случае детей забрали полицейские, отвезли в больницу. Это сделали сотрудники полиции, а не мама. Как вы можете это объяснить? Что стало причиной для помещения этих детей в больницу сотрудниками полиции?

Савенкова:

— В Дмитровске данная семья находилась сутки. Она приехала туда в вечернее время, провела ночь в неблагополучном доме с неблагополучными детьми. Спасибо службам профилактики Дмитровского района, которые среагировали сразу и наутро полиция была в доме, где была семья с детьми, и по акту оперативного дежурного дети были доставлены. Мальчики – в кризисный центр, а девочка – так как были признаки инфекционного заболевания, была отправлена в детскую больницу.

Кстати, полицию вызвали местные жители, которых обеспокоило появление в деревне неизвестной женщины с тремя детьми.

Как уточнила Ольга Савенкова, члены комиссии по делам несовершеннолетних задавали матери вопросы, зачем она повезла в Дмитровский район детей, но ответа… не получили. Женщину привлекли к административной ответственности, попросту говоря, оштрафовали. И лишь после этого поставили семью на учет службы системы профилактики.

Самый болезненный вопрос – о возможном сексуальном насилии над девочкой-инвалидом-  тоже остался без четкого ответа. По словам госпожи Гаврилиной, была проведена судебно-медицинская экспертиза, и ее результаты будут переданы в следственные органы. Что это за результаты, чиновница не пояснила.

В завершение чиновники пояснили, что будет с матерью и детьми дальше. По информации Ирины Гаврилиной, пятеро старших детей продолжат жить и учиться в Некрасовской школе-интернате. Ребенка-инвалида матери предложили на время, пока идут все разбирательства, поместить в Мценский специализированный интернат. Сама мама после выписки из больницы, где она сейчас находится с младшим ребенком, может поселиться… в кризисном центре, сообщила Гаврилина, добавив, что чиновники вместе с женщиной будут думать, где она в дальнейшем будет жить.

Итак, резюмируем сказанное чиновниками. Семья была благополучной. Правда, в недостроенном доме нельзя было жить зимой. Маме предоставили квартиру, но она оттуда убежала. С детьми. И поехала с ними в Дмитровский район, где почему-то оказалась в неблагополучном доме с собутыльниками, в состоянии алкогольного опьянения.

Ей было тяжело одной с детьми, поэтому ей предложили забрать в интернат ребенка-инвалида. Мама отказалась. Однако, когда предложили поместить в интернат других детей, почему-то согласилась.

Девочку-инвалида наблюдали с 2012 года и даже возили в некие федеральные НИИ. Однако при помещении в детскую больницу «наблюдавшуюся» девочку почему-то потребовалось полностью обследовать.

Не слишком ли много нестыковок и недоговоренностей? Во вторник на этот вопрос ответила прокуратура Орловской области, которая, в отличие от чиновников, не стала уличать журналистов в подтасовках фактов и просить соблюдать корректность, а провела проверку по сообщениям СМИ. И выяснила следующее:

«Основная часть разработанной ребенку-инвалиду индивидуальной программы реабилитации не исполнялась, мероприятия по медицинской реабилитации осуществлялись с нарушением установленных требований. Контроль за эффективностью проводимых с ребенком-инвалидом мероприятий со стороны Департамента социальной защиты, опеки и попечительства, труда и занятости Орловской области, Департамента здравоохранения Орловской области, Департамента образования Орловской области отсутствовал.

Несмотря на наличие оснований, в органах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних Орловского района семья, в которой воспитывается ребенок, на учет как находящаяся в социально опасном положении поставлена не была, необходимая индивидуальная профилактическая работа с семьей на системной основе не проводилась.

В связи с выявленными нарушениями закона прокуратурой направлены представления в адрес первого заместителя Губернатора и Председателя Правительства Орловской области, главы администрации Орловского района, начальника ОМВД России по Орловскому району, руководителя БУ ОО «Комплексный центр социального обслуживания населения Орловского района».

По факту ненадлежащего исполнения обязанностей должностными лицами органов системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних Орловским МСО СУ СК России по Орловской области возбуждено уголовное дело по ч.1 ст. 293 УК РФ (халатность). 

За рассмотрением актов реагирования прокуратуры, расследованием уголовного дела установлен контроль».

 

 

Опубликовано 30 Окт 2019 в 13:44. В рубриках: Проблема. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Отзывы и пинг пока закрыты. Количество просмотров: 524

Комментарии закрыты.

Новости

ВЛАДИМИР ПАНФИЛОВ: ЗЛЫЕ ВЫ, ЗЛЫЕ


ВЛАДИМИР ПАНФИЛОВ: ПО ЗАВЕТАМ ПОТОМСКОГО


Ветсанутильзавод и враньё региональных властей


Говорит депутат Рыбаков: об обманутых дольщиках п.Нарышкино


Виталий Рыбаков проинспектировал мост "Дружбы" в Орле


Евгений Косогов на пресс-конференции, посвященной капремонту моста "Дружбы"


«ЛИЦО ПОПРОЩЕ, И ЖИЗНЬ УДАЛАСЯ»


Как восприняли депутаты облсовета отчет Андрея Клычкова


Депутат Рыбаков В. не согласен с докладом Тарасова В и задал ряд вопросов


Депутат В. Рыбаков задал ряд острых вопросов Филатову С.


Музалевский Л.С. заставляет депутатов фракции Единая Россия увеличить тариф ЖКХ


Депутат Рыбаков призвал спикера Музалевского сложить полномочия из-за публичной лжи


Виталий Рыбаков: области снова навязывают очередную проблему


Орловцы обратились к Путину с просьбой возобновить работу ПАТП-1 и наказать виновных в его банкротстве


Депутаты Елесин С. и Коновалов И. выступили против взятия кредита в 500 млн рублей


Депутат Виталий Рыбаков проверил состояние дорог города Орла


Свежий номер

Реклама

При цитировании материалов
прямая гиперссылка
на orelsreda.ru обязательна
Главный редактор: Татьяна Филёва
Свидетельство о регистрации СМИ ПИ № ТУ 57-00254
Реклама на orelsreda.ru и печатной версии "Орловская среда"
Для пресс-служб и размещения рекламы: : orelsreda@list.ru
тел.: (4862) 76-20-60
адрес: г. Орёл, ул. Салтыкова-Щедрина, д. 25/27, пом.1
Наш индекс: 302028
© 2013-2015 ООО "Издательский дом "Орловская среда"