4 марта 2020



Очевидное невероятное

№8 (587) от 4 марта 2020 г.

История, которую мы собираемся рассказать ниже, относится к разряду невероятных. Журналисты «Орловской среды», узнавшие о ней от непосредственных участников событий, в своей практике (а мы работаем в СМИ не один десяток лет) с подобным ни разу не сталкивались.

Речь идет об уголовном деле, на первый взгляд, довольно заурядном: некая гражданка под разными предлогами занимала довольно крупные суммы денег у своих знакомых, не собираясь их отдавать. В результате было возбуждено уголовное дело по признакам мошенничества в особо крупном размере. Мы бы вряд ли стали писать об этом деле – во всяком случае до решения суда, если бы не узнали, что до недавнего времени эта самая гражданка была старшим прокурором отдела уголовно-судебных дел прокуратуры Орловской области. Жители Орла и области часто видели Елену Черникову на экранах телевизоров: она выступала гособвинителем на процессах по самым громким уголовным делам. Сегодня она сама стала фигурантом не менее громкого уголовного дела.

Особо важное дело

Дело в отношении теперь уже бывшего прокурора Елены Черниковой было возбуждено следователем по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Орловской области подполковником юстиции Е. Симоновой 17 февраля 2020 года. За несколько дней до этого  орловчанка Ольга К. (имя изменено. – Прим. ред.) обратилась с прокуратуру Орловской области с заявлением. Поводом для обращения стали события, произошедшие в 2018 году.

Черникова была соседкой Ольги и прекрасно знала о том, что ее старшая дочь серьезно больна. На тот момент девочка перенесла три операции, после чего ей требовалась реабилитация и длительное лечение. А на них, в свою очередь, были нужны деньги, которые Ольга и собирала на протяжении долгого времени. Словом, к 2018 году женщина располагала серьезной суммой и секрета из этого не делала. Во всяком случае, ее соседке прокурору Черниковой было об этом известно. И в один далеко не прекрасный день она пригласила Ольгу зайти по-соседски в гости, пожаловалась на жизнь, рассказав, что развелась с мужем, и теперь ей необходимо выкупить его долю в квартире (заметим, что эта самая  квартира площадью порядка 200 кв. м. находится в одном из самых престижных районов города и стоит соответственно, то есть весьма и весьма недешево). Словом, госпожа Черникова упросила соседку одолжить ей 500 тысяч рублей, которые Ольга и перевела на банковскую карту прокурора. И это было только начало: за деньгами к соседке Черникова впоследствии обращалась неоднократно, причем каждый раз придумывала новую легенду. Одна из легенд гласила, что госпоже прокурору понадобилась новая, более высокая, должность, и якобы за нее надо заплатить полтора миллиона рублей. Следующая состояла в том, что дочь Черниковой собралась выйти замуж, и нужны деньги на свадьбу. Также средства понадобились младшей дочери на выпускной в школе. Потом – на приобретение дома в Образцово… В общей сложности Ольга К. дала в долг Елене Черниковой 2 миллиона 400 тысяч рублей. Причем без всяких расписок и нотариального оформления: женщине и в голову не могло прийти, что столь высокопоставленная сотрудница прокуратуры может ее обмануть. К тому же и сама Черникова постоянно подчеркивала свой статус, и, как выяснилось позже, даже указывала свою должность в расписках.

А еще успокаивала Ольгу, что в случае чего может продать одну из принадлежащих ей квартир и рассчитаться с соседкой. Особо отметим, что, одалживая Черниковой деньги, Ольга К. не рассчитывала взамен каким-либо образом воспользоваться ее служебным положением. Соседка прокурора (теперь уже бывшего) —  обычная домохозяйка, никаких проблем с законом никогда не имела – словом, ни о какой коррупционной составляющей в данном случае говорить не приходится.

Забеспокоилась Ольга лишь после того, как в одной из соцсетей в интернете увидела репост со страницы Черниковой: та просила помощи – разумеется, материальной – под предлогом того, что ее дочь якобы попала в ДТП, находится в тяжелом состоянии, и на ее лечение необходима внушительная сумма денег. Там же был указан номер банковской карты, очень хорошо знакомый Ольге К. А еще Ольге как соседке было прекрасно известно, что никаких страшных происшествий с дочерью Черниковой не случалось. Естественно, Ольга попыталась вернуть свои деньги: она несколько раз звонила Черниковой и напоминала ей о долге. После чего та заблокировала номер соседки, а встреч с ней старательно избегала. Однако Ольге, которая к тому времени сама перенесла операцию на ногах и нуждалась в деньгах не только на реабилитацию дочери, но и на свою тоже, все же удалось встретиться с должницей и взять у нее расписку, которую та написала, как принято говорить, буквально на коленке: в этом так называемом документе не были указаны ни дата, ни место составления. Ольга показала эту бумажку юристу и узнала, что в случае разбирательства в суде она не будет иметь никакого значения. После этого Ольга вновь встретилась с Черниковой, пригласила ее к нотариусу – и уже там Черникова дала расписку в том, что обязуется отдать долг в сумме 2 миллиона 400 тысяч рублей 1 марта 2020 года. Эту дату она выбрала, судя по всему, произвольно, с Ольгой ее не обсуждала да и вообще брала деньги на два месяца!

Обо всех этих обстоятельствах Ольга сообщила в прокуратуру Орловской области и узнала, что после проверки, проведенной службой собственной безопасности, Черникову отправили в отставку. Кстати, Ольга была не единственной, кто обратился в надзорное ведомство – таких, как она, оказалось много. Как говорит Ольга К., на прием к помощнику прокурора по обеспечению собственной безопасности выстраивались целые очереди граждан, пострадавших от действий прокурора Черниковой. И это были не простые граждане: Черникова брала деньги у судей – как бывших, так и действующих, адвокатов, чиновников… Словом, у всех, с кем ей приходилось общаться в процессе работы, и кто ее хорошо знал.

Сколько человек стали жертвами собственной доверчивости, точно неизвестно до сих пор. Известно, что в материалах уголовного дела фигурируют Ольга К. и еще восемь граждан, у которых Черникова в общей сложности «заняла» около шести миллионов рублей. При этом суммы займов варьировались от 15 тысяч до миллиона и более.

7 февраля 2020 года в СУ СКР по Орловской области поступило постановление прокурора о направлении в орган предварительного следствия материалов проверки по факту мошеннических действий Черниковой для решения вопроса об уголовном преследовании, что и послужило поводом для возбуждения уголовного дела, которым сейчас занимается отдел по расследованию особо важных дел регионального управления СКР.

Поскользнулась, упала, потеряла сознание…

Признаемся, когда мы услышали от пострадавших граждан эту невероятную историю, первый вопрос, который непроизвольно возник у журналистов, звучал так: она что, с ума сошла?! Очевидно, таким же вопросом задались и следователи, тем более, что сама бывший прокурор, а ныне пенсионер органов прокуратуры Черникова дала на следствии очень интересные показания. Так, по утверждению подозреваемой, 20 января 2020 года она пошла в подвал, который находится в гараже неподалеку от ее дома, стала спускаться вниз, поскользнулась, упала, ударилась головой и потеряла сознание. А когда очнулась и пришла домой (на дворе была ночь), обнаружила в своей квартире родственников, которые и рассказали ей, что она отсутствовала двое суток. После удара головой, по словам Черниковой, она плохо говорила, почти все время спала, но к врачу при этом не обращалась. Эти показания подозреваемой следствие посчитало достаточным основанием для назначения амбулаторной психиатрической судебной экспертизы «с целью установления психического состояния подозреваемой, исключения психических отклонений в результате травмы, для установления способности Черниковой правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение по делу, и самостоятельно защищать свои законные права и интересы», говорится в постановлении следователя. В том же постановлении о назначении экспертизы перед экспертами ставятся вопросы. Среди них, например, такие:

— Страдала ли Черникова во время инкриминируемых ей общественно опасных деяний психическим расстройством, которое делало подозреваемую неспособной в тот период осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими?

— Не страдает ли Черникова в настоящее время психическим расстройством, которое делает ее неспособной ко времени производства по делу осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими? Когда началось это расстройство, и не заболела ли подозреваемая после совершения ею преступления в состоянии вменяемости? Является психическое расстройство временным или хроническим? Не вышла ли подозреваемая из указанного болезненного состояния, и если да, то в какое время?

— Если Черникова страдает психическим расстройством, при котором сохраняется способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, то не относится ли данное психическое расстройство к категории психических недостатков, препятствующих самостоятельному осуществлению права на защиту?

Не знаем, как читателям, а нам формулировки целого ряда вопросов из этого постановления показались несколько странными, что ли. Конечно, мы не специалисты, следователям видней, какие вопросы ставить перед экспертами, но вот что вызывает вопросы к следствию.

Во-первых, как уже говорилось, судя по показаниям подозреваемой, она ударилась головой 20 января 2020 года. А все свои так называемые «займы» она брала с января 2018 по декабрь 2019 года, то есть до падения с лестницы. Тем не менее, первый вопрос о психическом расстройстве относится именно к этому периоду. Но в данном случае логика, без сомнения, присутствует: либо следователь хочет убедиться, что в то время Черникова была нормальна, либо, как и журналисты, не может поверить, что прокурор в здравом уме и трезвой памяти мог проделывать подобные штуки.

Куда интереснее вопросы из второго блока. Если их внимательно перечитать, то в глаза буквально бросается, что четыре из пяти вопросов (мы специально выделили их в тексте) сформулированы так, будто психическое заболевание у подозреваемой уже диагностировано. И это показалось странным не только нам, но и пострадавшим гражданам, которые представили свои возражения на постановление следователя о назначении психиатрической экспертизы.

Сомнения вызвал, во-первых, выбор экспертной организации – Орловского областного психоневрологического диспансера: граждане сомневаются, что местные эксперты будут объективны, и предлагают, если уж так необходимо, назначить экспертизу в институте имени Сербского в Москве. Во-вторых, по мнению заявителей, следователь, принимая решение о назначении экспертизы, не выполнила целый ряд необходимых процедур. Так, например, они считают, что из прокуратуры Орловской области  не были затребованы характеристика и личное дело Черниковой, равно как и результаты ежегодных диспансеризаций, которые она проходила. Кроме того, по мнению граждан, следователь не проверила показания Черниковой о падении в подвале гаража. Как уверяют пострадавшие, по указанному ей адресу гаражей нет вообще, как нет гаража и в собственности Черниковой. Наконец, как полагают заявители, Черникова, которая проработала в органах прокуратуры порядка 30 лет, имеет профессиональный опыт допросов психологов и психиатров, и ей, по мнению пострадавших, не составит труда ввести специалистов в заблуждение.

По закону и по справедливости

Опасения граждан понятны: если Черникову признают невменяемой, то она вполне может уйти от ответственности за инкриминируемые ей деяния. Однако и здесь не все так просто. Если, допустим, эксперты определят, что психическое расстройство наступило после падения с лестницы, то придется признать, что Черникова отдавала отчет действиям, которые могут быть квалифицированы как мошенничество. Если же вдруг выяснится, что подобное расстройство наступило до падения, то может возникнуть очень неприятная ситуация. Дело в том, что в 2018-2019 годах, впрочем, как и ранее, старший прокурор отдела уголовно-судебных дел прокуратуры Орловской области Елена Черникова выступала гособвинителем в судебных процессах по целому ряду резонансных дел. В ее послужном списке – дело об убийстве Андрея Уварова и Владимира Соболева, по которому признан виновным Владимир Мухин, так называемое дело братьев Будаговых, избивших гражданина и также признанных виновными, дело участковой Натальи Башкатовой, из-за халатности которой был убита орловчанка Яна Савчук (обвинительный приговор).

Полагаем, у жителей области, наблюдавших за данными процессами непосредственно или через СМИ, сегодня вряд ли могут возникнуть сомнения в законности и справедливости вынесенных судом приговоров. Но! Если вдруг выяснится, что государственное обвинение на всех этих процессах поддерживал прокурор, страдающий психическим расстройством, приговоры придется пересматривать? Во всяком случае, на наш взгляд, осужденные вполне могут этого потребовать. Не говоря уж о том, каким это будет ударом по репутации надзорного ведомства в целом. Ударом, гораздо более сильным, чем вся история с долгами Черниковой.

Полагаем, в областной прокуратуре это понимают очень хорошо. Тем более что, повторим, именно постановление прокурора, вынесенное по результатам проверки обращений граждан, стало поводом для возбуждения уголовного дела в отношении Черниковой, а это дает основания думать, что в ведомстве не собираются покрывать бывшего сотрудника.

Что же касается граждан, имевших несчастье дать  в долг старшему прокурору Черниковой, то для них факт признания ее страдающей психическим расстройством – неважно, до падения с лестницы или после – может означать лишь одно: ни своих денег, ни справедливости они не дождутся. Надеемся, этого не произойдет. Надеемся, что бывший прокурор Черникова, так убедительно выступавшая обвинителем в судах, так красиво говорившая с телеэкранов о неотвратимости наказания для преступников, так сочувствующая их жертвам, все же одумается и вернет людям деньги. Если же этого не случится, надеемся, что следователи регионального СУ СКР, как и прокуратура Орловской области, не дадут гражданам повода усомниться в объективности следствия. А еще очень надеемся, что данная публикация не будет расценена как попытка вмешаться в деятельность прокуратуры и следственных органов: мы ни в коем случае не пытаемся оказать давление на следствие. Мы просто хотим, чтобы все было по закону и по справедливости. Ведь справедливость, она одна для всех – и для убийцы, и для полицейского, и для бывшего прокурора. Не так ли?

Татьяна Филева

Когда верстался номер:

Как сообщили ОС представители пострадавших граждан, они намерены добиваться отвода следователя, которая сейчас занимается делом Черниковой, либо ходатайствовать о передаче дела на расследование в другой регион или в Центральный аппарат СКР.

 

 

 

Опубликовано 04 Мар 2020 в 14:04. В рубриках: Тема номера. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Отзывы и пинг пока закрыты. Количество просмотров: 5 489

Комментарии закрыты.

При цитировании материалов
прямая гиперссылка
на orelsreda.ru обязательна
Главный редактор: Татьяна Филёва
Свидетельство о регистрации СМИ ПИ № ФС 57-0992 Р
Реклама на orelsreda.ru и печатной версии "Орловская среда"
Для пресс-служб и размещения рекламы: : orelsreda@list.ru
тел.: (4862) 76-20-60
адрес: г. Орёл, ул. Салтыкова-Щедрина, д. 25/27, пом.1
Наш индекс: 302028
© 2013-2020 ООО "Агентство "Орловская среда"