3 июня 2020



Театральный детектив

№19 (598) от 3 июня 2020 г.

На майской сессии Орловского областного совета депутаты в очередной – который уже! – раз обсудили провальный процесс реконструкции орловских театров, последствия которой для местных храмов Мельпомены оказались без преувеличения катастрофическими. Депутатский «час контроля» на этот раз больше напоминал допрос. Правда, главный «фигурант» театрального дела – член правительства Орловской области Денис Блохин – на беседу в облсовет не явился. Поэтому извечные и, увы, банальные, русские вопросы – кто виноват? и что делать? – депутаты задавали его подчиненному, и.о. заместителя руководителя департамента строительства, ТЭК, ЖКХ, транспорта и дорожного хозяйства Орловской области Алексею Субботину.

К допросу с пристрастием, а именно так можно охарактеризовать жесткие и прямолинейные, в лоб, вопросы депутатов, господин Субботин явно оказался не готов. Поэтому на выручку ему пришел губернатор Клычков, который выступил в роли адвоката отсутствовавшего на сессии Блохина. Он и объяснил непонятливым парламентариям, что виноватых нет, но, может быть, компетентные органы и суд их найдут. Когда-нибудь. А вот что делать, Клычков знает твердо: двигать регион вперед.

Театр двух актеров

Напомним, вопрос о последствиях реконструкции орловских театров, проводившейся в рамках подготовки к юбилею Орла в 2013-2016 годах, облсовет за последние четыре года рассматривал уже несколько раз. Депутаты выезжали на место «происшествия», беседовали с руководством театров и с чиновниками, давали рекомендации по устранению нарушений, но каких-либо значимых изменений ситуации как не было, так и нет. Недобросовестные подрядчики растворились в воздухе, гарантийные обязательства и решения суда по устранению брака и взысканию неустойки не исполняются, а «отремонтированные» театры пребывают в столь плачевном состоянии, что, например, директор «Свободного пространства» опасается за безопасность актеров, находящихся на сцене, а прокуратура предлагает запретить эксплуатацию театра имени Тургенева. Перечень брака, недоделок и невыполненных работ в обоих театрах состоит из нескольких десятков пунктов, при этом акты приемки-передачи были подписаны, деньги подрядчикам заплачены, а театры введены в эксплуатацию в 2016 году, несмотря на то, что их руководители категорически отказались ставить свои подписи под этими филькиными грамотами.

Впрочем, как выяснилось, с директорами «Свободного пространства» и театра имени Тургенева никто и не собирался считаться – чиновники справились без них. Почему такое вообще оказалось возможным, и попытались выяснить депутаты в ходе «допроса» Алексея Субботина. В роли строгих дознавателей выступили спикер облсовета Леонид Музалевский и его однопартийцы из фракции «Единая Россия», представитель фракции КПРФ Валентина Остроушко и независимый депутат Виталий Рыбаков. Примечательно, что на этот раз политические разногласия были забыты: можно сказать, депутаты «ударили» по чиновникам единым фронтом.

Однако пробить глухую оборону, которую заняли защитники Блохина в лице его зама Субботина и губернатора Клычкова, на наш взгляд, парламентариям так и не удалось. В ходе рассмотрения «театрального» дела оба проявили замечательные актерские способности. Если бы главный фигурант Блохин стоял за кулисами, он бы остался доволен.

Чтобы наиболее полно погрузить читателя в атмосферу происходившего в круглом зале здания областной администрации, приведем выдержки из протокола «допроса».

Как завести рака за камень

Перед тем как задать вопросы господину Субботину, депутаты выслушали его версию, которая, если кратко, звучала так:

— Безусловно, основная часть проблем вызвана отказом подрядных организаций от исполнения гарантийных обязательств… «Орелгосзаказчик» составил смету работ по устранению выявленных в ходе четырехлетней эксплуатации зданий (!) недостатков… В настоящее время рассматривается возможность выделения денежных средств из областного бюджета.

Надо сказать, что такой подход депутатам не понравился – во-первых, потому, что «недостатки» образовались не в результате «четырехлетней эксплуатации», а из-за невыполнения обязательств подрядчиками и, мягко говоря, попустительства заказчиков. Во-вторых, народных избранников явно не порадовала перспектива во второй раз оплачивать из бюджета то, что уже было оплачено с лихвой. И на голову Субботина посыпался шквал вопросов. Первым вступил в дело спикер Музалевский:

— Контролировал и принимал данные работы Госзаказчик? А кто же был руководителем Госзаказчика в то время?

Субботин:

— Руководителей Госзаказчика в период выполнения работ было несколько.

Музалевский:

— А, понятно. А как же могли подписать акты приема-сдачи и произвести полную оплату без поставки оборудования и без выполнения тех работ, которые должны были выполнить согласно проектно-сметной документации?

Субботин:

— Подобная информация о том, что принимались работы, которые не выполнены, а также недопоставлено оборудование, у меня отсутствует, в том числе и по результатам проверок контрольных органов. У меня такой информации о том, что нарушения по приемке были, нет.

Депутат Виталий Рыбаков:

— Хочу обратить внимание, что объекты были якобы приняты в 2016-м году. Сегодня идет 2020-й год. Ситуация «держи вора». Акты подписаны, деньги заплачены, а виноватых нет. И товарищ Субботин заявляет, что было несколько руководителей, хотя мы знаем, что это был Блохин. Я хочу обратить внимание прокурора: надо посмотреть, были ли за время ремонтов театров отказы от банковских гарантий. Потому что у меня есть информация, что некие лица из департамента подписали отказ от банковской гарантии. Получается, что Арбитражный суд принял решение взыскать деньги с подрядчика, но взыскивать не с кого. Деньги ушли, их поделили, а мы все с носом остались.

Вице-спикер Михаил Вдовин:

— У меня два простых вопроса. На первый вопрос ответ очевиден. Если бы акты не были подписаны, деньги бы не были заплачены? Я правильно понимаю?

Субботин:

— Финансирование осуществляется по факту приемки.

Вдовин:

— Тогда второй вопрос. Почему были подписаны акты невыполненных работ?

Субботин:

— Я еще раз повторяю: информации о том, что приняты некие работы, которые не выполнены, у меня нет. По данным объектам проводились многочисленные проверки контролирующих органов, и в их актах информация о том, что что-то принято, но не выполнено, отсутствует.

Музалевский:

— Алексей Сергеевич, ну тогда я вас проинформирую: по дефектной ведомости 36 пунктов недоделок были сразу оформлены по данному театру (по какому именно, спикер не уточнил. – Прим. ред.), почему руководство театра и отказалось подписывать акт. Стоит вопрос: а как такое случилось-то? Кто за это должен отвечать?

Субботин:

— Это работы, которые выполнены, но в процессе эксплуатации по ним образовались дефекты.

Музалевский:

— Это неправильная информация. Это недостоверная информация.

Депутат Олег Кошелев:

— Я прочитаю, что в театре «Свободное пространство» не было установлено вообще (далее последовал перечень отсутствующего оборудования. – Прим. ред.)… Что мы будем делать дальше, потому что гарантийные обязательства либо закончены, либо по ряду вопросов закончатся, а работы некоторые не были сделаны, пока их не планируется делать?

Субботин:

— Часть дефектов уже устранены, гарантийные дефекты осмечены и на сегодняшний день органами исполнительной государственной власти рассматривается вопрос о финансировании работ.

Депутат Сергей Потемкин:

— Конечно, хорошо из бюджета опять брать деньги… Те, кто эксплуатирует эти здания, не подписали акты приемки, это правильно или нет? А тогда на каком основании были перечислены деньги?

Субботин:

— На основании того, что документы о выполненных работах были подписаны.

Потемкин:

— Кем?

Субботин:

— Управлением… Кураторами объекта.

Потемкин:

— Подождите, не заводите рака за камень. Самое главное, должен подписать тот, кто будет эксплуатировать. Без их подписей можно принять данные работы? Они не нужны?

Субботин:

— Согласно действующему законодательству, сначала работы принимаются заказчиком работ, в дальнейшем объект должен получить заключение о соответствии выполненных работ проектно-сметной документации (данное заключение получено в августе 16 года), после этого объект вводится в эксплуатацию, передается эксплуатирующей организации. Как бы то ни было, здание эксплуатируется.

Вдовин:

— Если вы не в курсе, зачем вы на трибуну выходите? Остащенко, директор театра (имени Тургенева. – Прим. ред.), он был в составе комиссии, он категорически отказался подписывать акт. Акт подписало управление по охране памятников. И на основании этого, что, ввели в эксплуатацию что ли?

Субботин:

— Поскольку оба объекта являются объектами культурного наследия, разрешение на ввод в эксплуатацию выдается управлением по государственной охране памятников культурного наследия Орловской области…

Эта сказка про белого бычка могла бы продолжаться еще неопределенное время, если бы депутат Валентина Остроушко не перевела беседу в другое русло.

Волокита и пинг-понг

— До чего же доработался Следственный комитет и Следственное управление УМВД Российской Федерации, что Орловский областной совет выполняет сейчас их функции, — заявила Валентина Остроушко. — По существу мы допрашиваем даже не фигуранта этого дела, тогда как в этих органах находится четыре уголовных дела по тому вопросу, который мы сейчас рассматриваем. Прокуратура Орловской области уже давным-давно направила имеющиеся у нее материалы прокурорской проверки, и по материалам прокурорской проверки возбуждены эти уголовные дела. Но там идет сильнейшая волокита, идет пинг-понг…

Спикер Музалевский заданную Остроушко тему не поддержал, высказав озабоченность не тем, кто ответит за разворованные бюджетные деньги, а тем, что ждет орловские театры в ближайшем будущем:

— Уже пять раз данный вопрос рассматривался на профильном комитете, с выездом на место, неоднократно мы на сессии облсовета рассматривали данный вопрос, а воз и ныне там. Стоит вопрос: что дальше-то? Сейчас даже не стоит вопрос, кого посадить в тюрьму? Стоит вопрос: мы закончим вообще капремонт этих театров? Более того, у меня на столе лежит письмо прокуратуры области, где прокуратура предлагает запретить эксплуатацию театра имени Тургенева. Вот до чего мы за эти годы доработались.

Депутат Виталий Рыбаков, в свою очередь, возмутился отсутствием главного «фигуранта» театрального дела, Дениса Блохина, руководившего «Орелгосзаказчиком» до марта 2017 года, а значит, напрямую причастного к процессу так называемой реконструкции театров :

— Я хочу спросить главного работодателя Орловской области Андрея Евгеньевича Клычкова, почему здесь вместо Субботина не отвечает на наши вопросы Блохин? Я уверен, что он знает ответы на все вопросы. Что это такое? Субботин – полная некомпетенция или нежелание сказать нам правду. Поучается, некто подписал, кто-то получил, поделили. Надо составить акты о гражданской ответственности, о субсидиарной ответственности. Рычагов возврата денег много. Но главное – выяснить, кто отказывался от банковских гарантий, за счет которых можно было взыскать деньги.

Волей-неволей Клычкову пришлось вступать в дискуссию. В своем спиче Андрей Евгеньевич, насколько мог, продемонстрировал адвокатские способности. Надо сказать, получилось не очень: было очевидно, что к прениями сторон губернатор явно не готовился.

— Давайте все-таки друг друга уважать, — призвал Клычков. — У нас у всех есть разное мнение, отношение. Мы находимся в правовом поле. Есть закон. Есть четыре уголовных дела, которые расследуются. Я могу тоже вам начать перечислять те объекты, по которым лично я езжу, выбиваю деньги, а им уже 12 лет, недострою, еще больше. Давайте мы с вами, после мониторинга, который был проведен в течение этого года, по всем недостроям пройдем и посмотрим. Я здесь говорю не для красного словца, потому что это действительно проблема, которая… регион должен двигаться вперед. Да, сегодня, наверно, не самое удачное время, когда мы можем из резервного фонда или из иных источников выделять средства на достройку, но, если мы не определим вопросы для движения вперед, для определения приоритетов, тогда мы не будем двигаться никуда. Наверно, имеет значение поговорить, возмутиться, у меня сейчас немножко другая задача. Есть блок правоохранительный. Легко, наверно, говорить, что никто не работает, но я вас уверяю, что все структуры, которые должны заниматься, они занимаются в рамках своих возможностей… Здесь вопрос не в том, чтобы мы воздух сотрясали, а в том, чтобы двигались вперед. А кто нарушил закон, безусловно, должны нести ответственность.

Далее Клычков несколько туманно дал понять, что Блохин отсутствует по той причине, что находится на самоизоляции и ждет результатов теста на коронавирус. Примечательно, что господин Блохин самоизолировался ровно в тот момент, когда Следственный комитет завершил расследование уголовного дела, связанного с реконструкцией другого юбилейного объекта – стадиона имени Ленина. Напомним, по данному делу Блохин проходит в качестве обвиняемого: ему инкриминируется превышение должностных полномочий и служебный подлог. По мнению следствия, в декабре 2015 года Блохин, занимавший должность руководителя «Орелгосзаказчика», подписал документы, содержащие ложные сведения о приемке выполненных работ, достоверно зная, что ООО «МосОблСтрой» не исполнило должным образом свои обязательства в рамках государственного контракта при реконструкции Центрального стадиона имени В.И. Ленина в городе Орле. Общая сумма причиненного ущерба составила более 33 миллионов рублей.

То есть ситуация один в один повторяет историю с театрами с той лишь разницей, что до сих пор неизвестно, есть ли подпись Блохина в актах приемки театров.

В ответ на демагогическую (иначе мы ее расценить не смогли) речь Клычкова депутат Остроушко заявила, что это попытка увести вопрос в сторону:

— Я хочу поддержать депутата Рыбакова. Он правильно говорит: рядом с вами находится человек, который к вашему времени правления отношения не имеет, — сказала Остроушко, обращаясь к Клычкову. —  Но он является фигурантом уголовного дела, имеет непосредственное отношение ко всем этим объектам – и вы сейчас так потихонечку уводите все это в сторону. Кто такой Блохин, мы знаем. Но если вы нам будете говорить, что дело дойдет до суда, теми темпами, как расследует Следственный комитет, при следующем губернаторе, может, и дойдет.

Буквально через несколько дней выяснилось, что Остроушко выступила не зря. 2 июня на официальном сайте СУ СКР по Орловской области появилась информация о телефонном разговоре, который состоялся между спикером облсовета Музалевским и руководителем регионального следственного управления СК России Щуровым. Разговору предшествовало принятое на майской сессии облсовета постановление, в соответствии с которым депутаты решили направить имеющиеся у них материалы о реконструкции орловских театров  в прокуратуру Орловской области, следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Орловской области и Управление Министерства внутренних дел России по Орловской области. Не знаем, успели ли дойти эти материалы до главного следователя Орловской области, но в разговоре с Музалевским Щуров заявил, что «театральное» дело расследуется другим следственным органом, и каких-либо материалов в следственное управление из органов дознания не поступало. Тем не менее, как пообещал Щуров, «следственное управление особо тщательно разберется с вопросом о злоупотреблении полномочиями должностными лицами при реконструкции театров г. Орла, который был озвучен на сессии областного совета народных депутатов. Следственное управление инициативно организует проверку по указанному вопросу, и надлежащая уголовно-правовая оценка будет дана всем действиям должностных лиц». Что ж, четыре года ждали, подождем еще. Не знаем, правда, сколько. Но надеемся, что за это время у губернатора Клычкова и пока еще не осужденного Блохина будет время двинуть регион вперед. И заработать столько денег для бюджета, чтобы хватило на повторную реконструкцию орловских театров.

Татьяна Филева

 

Комментирует депутат Орловского облсовета Виталий Рыбаков:

— На майской сессии депутаты заслушали информацию о реальном состоянии орловских театров после так называемого ремонта, приуроченного к юбилею Орла. После речи Алексея Субботина я, как человек, который не понаслышке знает, что такое смета на производство работ, как должны подписываться акты выполненных работ, сделал вывод, что нас, депутатов, мягко говоря, пытаются водить за нос. Причем не только Субботин. Когда был задан уже традиционный вопрос «Где Блохин?», на него был получен тоже традиционный, короткий, как всегда, ответ: отсутствует по состоянию здоровья (самоизолировался)…

Субботину после его доклада, из которого многие депутаты так и не поняли, что он хотел сказать, тоже были заданы простые вопросы. Кто подписывал акты выполненных работ в Орловском драматическом театре имени Тургенева и в театре «Свободное пространство»? Кто на основании подписанных актов произвёл платежи, при том, что работы, принятые согласно актам, по факту не были выполнены? Ни одной фамилии Субботин не назвал. Между тем, хорошо известно, что руководители театров принципиально не стали подписывать документы, которые им, по имеющейся информации, «настоятельно рекомендовали» подписать.

Все это произошло летом 2016 года. Что мы имеем по состоянию на лето уже 2020 года? По мнению региональной прокуратуры, театры необходимо закрывать… Потрачены сотни миллионов рублей из бюджета, работы приняты, а жители Орловской области, посещая театры, не могут быть уверены в своей безопасности, артисты не могут полноценно осуществлять свою профессиональную деятельность. Мало того, до сих пор нет ответа на вопрос депутатов областного совета, кто же все-таки будет нести ответственность за подписанные акты и за перечисление подрядчикам денежных средств за выполненные не в полном объёме работы.

Скажу больше: имеет хождение информация, что подрядчикам, осуществлявшим реконструкцию театров, перечислялись авансы, которые так и не были отработаны: по драмтеатру фигурирует сумма порядка 11 миллионов рублей, по «Свободному пространству» — 21 миллион рублей. Убежден, что эта информация нуждается в проверке компетеными органами. Необходимо также проверить, имел ли место факт отказа руководителя ОРЕЛГОСЗАКАЗЧИКА от банковской гарантии по объекту драмтеатр имени Тургенева.

Я понимаю, что через ОРЕЛГОСЗАКАЗЧИК проходят многомиллиардные суммы, и «какие-то сто миллионов», проплаченных за фактически не выполненные работы, или «какие-то тридцать миллионов», выплаченных в виде авансов и неотработанных, чиновники не хотят признавать существенным ущербом. Для них это нечто вроде погрешности. Некоторые так и шутят: какие-то там миллионы, мы на кофе больше тратим.

При этом время для возврата этих средств, как я полагаю, искусственно упущено, и вернуть этот «несущественный» для чиновников, но существенный для области ущерб уже не представляется возможным.

На основании всего вышеизложенного я как депутат хочу  публично, через СМИ, обратиться к руководителю СУ СКР по Орловской области А.П. Щурову: четвёртый год идут разного рода расследования, виновные до сих пор не выявлены, акты подписаны определенными лицами, их фамилии следствию наверняка известны, деньги на основании этих актов перечислены также конкретными лицами в полном объёме, при этом упущено, скорее всего сознательно, время для взыскания штрафных санкций с подрядчиков, которых, как у классика, «иных уж нет, а те далече». Вопрос: что это? ОПГ, мошенничество, подлог, превышение или злоупотребление? Или все вместе взятое? А может, нежелание расследовать дело по чьей-либо просьбе? Или вопрос в профессионализме следователей СУ СКР по Орловской области возглавляемого генералом Щуровым? Впрочем, думаю, последнее маловероятно…

 

Опубликовано 03 Июн 2020 в 13:08. В рубриках: Политика. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Отзывы и пинг пока закрыты. Количество просмотров: 385

Комментарии закрыты.

При цитировании материалов
прямая гиперссылка
на orelsreda.ru обязательна
Главный редактор: Татьяна Филёва
Свидетельство о регистрации СМИ ПИ № ТУ 57-00254
Реклама на orelsreda.ru и печатной версии "Орловская среда"
Для пресс-служб и размещения рекламы: : orelsreda@list.ru
тел.: (4862) 76-20-60
адрес: г. Орёл, ул. Салтыкова-Щедрина, д. 25/27, пом.1
Наш индекс: 302028
© 2013-2015 ООО "Издательский дом "Орловская среда"