16 декабря 2020



Хроники коронавируса: дышите глубже!


№44 (623) от 16 декабря 2020 г.

За минувшие дни Орловщина по традиции опять попала в скандал федерального уровня в связи с коронавирусом. Да и на местном уровне дефицита громких тем и шокирующих инфоповодов не наблюдалось. Мы уже не раз писали о том, что чиновники прекрасно живут в параллельной реальности. Она беда — иногда люди узнают, что происходит на самом деле, а не в бравурных отчетах. Так, в СМИ попала переписка пациентки, которая скончалась от коронавируса. Упрекнуть мертвого человека в том, что он пытался заработать какие-то политические очки или кого-то обмануть, вряд ли кто посмеет. Зато эта переписка вскрыла реальное положение дел с оказанием медицинской помощи в нашем регионе.

А еще на прошлой неделе чиновники внезапно обнаружили, что больные люди часами стоят на морозе то в аптеку, то в очереди к врачу. И опять же по славной чиновничьей традиции обвинили во всем… самих орловцев!

Очереди на морозе

В первых числах декабря соцсети облетела фотография внушительной очереди у аптеки ГУП «Орелфармация» на улице Красина. Люди терпеливо ожидали возможности попасть внутрь, чтобы приобрести антибиотик «цефтриаксон», который был только в этой аптеке. Стояли на морозе и пронизывающем ветру. Происходящим возмутилась даже депутат Госдумы, бывшая прокурор Крыма Наталья Поклонская, которая в соцсетях обратила внимание на проблемы с обеспечением лекарствами в Орловской области. Поклонскую возмутило, что на фоне явного дефицита антибиотиков губернатор Андрей Клычков рапортует, что лекарства есть, и «даже с запасом». После этого в Орел прибыла партия «цефтриаксона» — 56 тысяч упаковок по 1 ампуле в упаковке. Учитывая, что курс лечения состоит из 7 уколов, этого количества препарата хватит на 8 тысяч маленьких жителей, отметили в телеграм-канале «Орловская медицина», или на 4 тысячи взрослых пациентов. К сожалению, счастье было недолгим: уже пару дней спустя на том же месте при такой же температуре и на таком же пронизывающем декабрьском ветру опять стояла очередь. В комментариях жители возмущались: почему лекарства не были распределены по другим аптекам, чтобы разделить поток людей хотя бы на несколько точек? Также орловцы недоумевают, почему коммерческим аптекам наглухо закрыли доступ к сайту городской администрации, где ежедневно публикуется список препаратов, наиболее часто назначаемых для лечения коронавируса и имеющихся в наличии в муниципальных аптеках? Между тем, в комментариях орловцы отмечают, что во многих частных аптеках можно приобрести те же самые антибиотики, но без часового стояния в очереди на морозе. Почему бы не аккумулировать информацию о необходимых препаратах со всех аптек? Раз уж орловские чиновники так любят рассказывать про неизбежную цифровизацию и информатизацию — вот конкретная точка приложения сил на благо больных людей. А уж коммерческие аптеки наверняка не откажутся от того, чтобы поделиться информацией о наличии необходимых препаратов.

Впрочем, очередь на морозе перед аптекой – это еще цветочки. За лекарствами в большинстве случаев ходят не сами больные люди, а их знакомые и родственники. А вот очереди перед поликлиниками, куда обращаются заболевшие, это уже «ягодки». Для пациентов с температурой выделили отдельные входы. В соцсетях появились снимки БОЛЬНЫХ орловцев, которые опять же часами ожидают возможности попасть на прием к врачу. В чем проблема купить шатры и поставить их перед входом, снабдив тепловыми пушками, раз уж в поликлиниках нет места для пациентов? Впрочем, глава региона по традиции предпочитает не решать проблемы, а искать виноватых. В ходе очередного эфира в гламурном Инстаграме Андрей Клычков на полном серьезе заявил, что больные люди стоят на морозе… по собственной инициативе. По его мнению, многие попросту не хотят находиться в толпе и выходят из здания на мороз и ветер! С температурой и кашлем! В одной поликлинике хотя бы как-то попытались решить проблему. В больнице Боткина, в состав которой входит четвертая поликлиника, пообещали увеличить число кабинетов, где принимают пациентов с симптомами ОРВИ, с двух до четырех, чтобы развести потоки больных и избежать скопления людей. О том, будут ли решать проблемы с очередями на морозе перед другими поликлиниками, можно даже не гадать. Все равно ответ известен: сами виноваты.

Обыкновенный ужас

Больше всего шума в СМИ наделала опубликованная членом регионального отделения профсоюза медработников «Действие» Еленой Шураевой переписка с пациенткой, погибшей от коронавируса. Как пишет Елена, «долго думала размещать ли эту переписку. Очень тяжело на сердце, не хочется своих подписчиков вводить в депрессию. И все-таки в память о неизвестной мне молодой женщине, с которой я вела переписку во «Вконтакте»… я размещаю сканы переписки с Таисией. Написала она мне первый раз 7 ноября. А 4 декабря с ее аккаунта родственники написали, что 13 ноября она умерла. (…) Добавлю ещё комментарий, чтобы предупредить обвинения в том, что я «кошмарю» больницу Семашко. Это больница для самых тяжёлых пациентов. С тяжёлой дыхательной недостаточностью. Априори смертность там будет очень высокая даже при самых идеальных условиях. Именно поэтому надо стремиться руководству депздрава, чтобы именно в этой больнице оснащение и кадрами, и кислородом было максимально возможным. И адекватно реагировать на замечания депутатов и общественников, а не говорить, что проблем нет. Именно этим Иван Залогин перекладывает ответственность с себя на плечи врачей, которые действительно достойны огромной благодарности».

Итак, первое сообщение, датированное 7 ноября:

«Уважаемая Елена, здравствуйте! Сегодня уже 3-ий врач подряд наотрез отказался дать направление на мазок, ссылаясь то прямо на запрет Роспотребнадзора (руководства), то на какой-то мифический СанПин. Просто ни в какую, при явной клинике ковида и заболевшей почти всей семье. Полдня потратила на обзвоны Роспотребнадзора-депздрава-приемной губернатора, в итоге, на горячей линии Депздрава 44-23-05 мне сказали: «Что это за глупость? Как это запрещают?» и посоветовали обратиться к главврачу поликлиники, которому невозможно дозвониться (Боткина в данном случае), или написать обращение на сайте департамента здравоохранения. А еще ввергли в шок сегодня слова врача в ответ на мой аргумент о том, что дети пойдут в школу, а если они выделяют вирус? Что будет с учителями, другими детьми и их родителями? Прозвучал ответ «сейчас все всем пофиг». Считаю, что это неправильно, преступно. К сожалению, ввиду плохого самочувствия (ибо температура высокая уже 4 дня) врачи заставали врасплох своим приходом и не смогла записать эти диалоги. 9 идти на прием, так как открыт больничный (!!!!). То есть с ковидом я поеду на такси или в транспорте, потом в очереди буду сидеть. Помогите, пожалуйста! Что делать, Клычкову написала в личку. МОЛЧИТ».

Собственно, о проблеме с тестированием писали давно и много – еще с самого начала пандемии. Но если весной еще можно было найти какие-то оправдания и в части нехватки тестов, и в части нехватки лабораторий для их обработки, то ко второй волне эти вопросы можно было решить. Особенно дико выглядит картина из-за ее массовости. О фактах отказа назначать тесты на ковид людям, в семье которых есть больные, или в ситуации, когда клиническая картина налицо, сообщает не только эта молодая женщина. Подобные истории сплошь и рядом.

Вернемся к переписке. Сообщение от 8 декабря: «Сегодня попала в Семашко, (сатурация) до 88 снизилась. Но я ещё очень сильно паникую…». И продолжение уже 9 декабря: «Елена, я в шоке, в приёмном покое врач сразу всем объявил, что кислорода не хватает. Мне он, видимо, нужен, но положили в простую палату (1 кардиология)… Что делать? Завтра у врача спрошу, почему мне не дали кислород. Палаты не оборудованы (кислородом). Женщина лежит со своим концентратором, я мужу тоже говорю, ищи. Сатурацию никто больше не мерил, но есть плюс, видимо, от страха упала температура, лежу мокрая, как мышь». Дальше в переписке пациентка рассказывает, что разные замеры показывают разную сатурацию. То в норме, то пониженная, при которой необходимо дышать кислородом. 10 ноября последнее сообщение: «А что делают, если кислород уже не помогает?»… Затем переписка обрывается…

В ходе брифинга 11 декабря глава депздрава Иван Залогин отдельно остановился на этом случае и рассказал, что по данным публикациям организована проверка. Причем проверяют не качество оказания медпомощи, а… сами публикации и их авторов – Елену Шураеву и журналистов, разместивших в СМИ сканы переписки.

Как заявил Залогин, предварительно установлено, что женщина с таким именем и в такие сроки, как указано в переписке, в больнице «скорой помощи» не умирала (собственно, никто и не утверждал, что она умерла в больнице. – Прим. ред.). Расследованием занимается полиция, и она расставит все точки над «i».

Редакция «Орловской среды» выражает глубокие соболезнования родным и близким погибшей.

 

Мина замедленного действия

И еще одно событие, которое, по нашему мнению, скоро очень серьезно скажется на общей ситуации: изменение системы начисления выплат медработникам. Пресс-служба облправительства поспешила разместить хвалебный пресс-релиз, что «Орловская область вошла в пятерку регионов с наиболее стабильной ситуацией по выплатам медикам, которые оказывают помощь COVID-пациентам». Правда, руководитель региональной ячейки профсоюза «Действие» Дмитрий Серегин разместил в соцсетях другую точку зрения на происходящее.

«Сейчас, после первых выплат по новым правилам, можно уже говорить о том, что в самое эпидемиологически тяжелое время под и без того сильно пострадавшее от «реформ» первичное звено здравоохранения подложили мину. (…) Эти выплаты начисляются исключительно за подтвержденный ковид у пациента. В них ни слова про «подозрение» на ковид, или «риски на работе». В них вообще не указаны некоторые категории медработников, которым ранее платили стимулирующие выплаты. Переводя на простой язык – для всего первичного звена здравоохранения: скорая помощь; ФАПы; поликлиники; приемные отделения – для них выплаты превращаются в издевательство над трудом (…) Все мы прекрасно знаем, что сейчас практически не тестируют пациентов с ОРВИ или температурой. Более того, Роспотребнадзор, который отвечает за санитарно-эпидемиологическое благополучие населения, разрешил не брать мазки даже у людей, проживающих в одной квартире с ковидным больным. Реальность такова, что 90% людей, имеющие все клинические проявления новой коронавирусной инфекции, не могут сдать тест и не могут сделать КТ грудной клетки, то есть не могут узнать результаты наличия COVID-19, который и является критерием новых соц. выплат! Такие люди идут в поликлинику, стоят в огромных очередях (потому что терапевтическая служба не в состоянии прийти к ним ввиду отсутствия специалистов), им оказывается первичная помощь на ФАПе или в амбулатории, к ним приезжает бригада скорой помощи. Но выплат за них никто не получит. Ведь у пациента нет анализа на ковид, и соответственно он не внесен в базу Роспотребнадзора. Какой «отличный ход» придуман! Если у человека нет анализа, то ему не положены бесплатные лекарства, он не портит статистику и за него не заплатят медработнику. Гениально»,  — отмечает Дмитрий Серегин. И это мнение лишний раз подтверждает, что в Орловской области существуют параллельные миры. Мир чиновников и мир простых людей.

Сергей Миляхин

 

 

 

Опубликовано 16 Дек 2020 в 14:27. В рубриках: Проблема. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Отзывы и пинг пока закрыты. Количество просмотров: 460

Комментарии закрыты.

Новости

Вечерний гость - Виталий Рыбаков.



Небезопасные - Безопасные дороги в Орловском районе.



Виталий Рыбаков о скудном бюджете г. Орла



ФАКТ ПО ИМЕНИ ПАРАХИН



Обращение



О переделе рынка пассажирских перевозок в орле



Остаёмся дома!



Свежий номер

Реклама

При цитировании материалов
прямая гиперссылка
на orelsreda.ru обязательна
Главный редактор: Татьяна Филёва
Свидетельство о регистрации СМИ ПИ № ФС 57-0992 Р
Реклама на orelsreda.ru и печатной версии "Орловская среда"
Для пресс-служб и размещения рекламы: : orelsreda@list.ru
тел.: (4862) 76-20-60
адрес: г. Орёл, ул. Салтыкова-Щедрина, д. 25/27, пом.1
Наш индекс: 302028
© 2013-2020 ООО "Агентство "Орловская среда"